Субъективные мнения

Записи из блога 2014 года.


О социальных сетях.

  1. Использование «социальных сетей» может восприниматься как форма онлайн-игры, в основе которой лежит создание и развитие виртуального персонажа.
  2. Существует возможность документирования событий реальной жизни с избирательным отражением их в жизни виртуального персонажа.
  3. На важность события/действия реальной жизни может влиять его потенциальная польза для виртуально персонажа.
  4. Документирование действия/результата может стать важнее, чем его цель.
  5. «Украшение» виртуального образа определенной информацией может расцениваться пользователем как творческая деятельность.
  6. Взаимодействие с другими пользователями сети через «социальные» интерфейсы, может осуществляться как взаимодействие виртуальных персонажей, т.е. как творческое действие.
Примеры:

  • выполнение действий «для галочки»: результат деятельности не важен, важен факт участия.
  • подмена причины действия его следствием: проведение мероприятия с целью его фиксации.

О сообществах и лайках.

  1. Число подписчиков сообщества и количество «лайков» поста характеризует популярность предоставляемой информации.
  2. Знание о популярности информации может влиять на ее восприятие.
  3. Возможность скрыть число подписчиков и «лайков» от пользователей отсутствует. Возможность отключать функции «лайка» для постов отсутствует.
  4. Под влиянием популярности, характер предоставляемой сообществами и постами информации может подвергаться регрессии к среднему.

Примеры:

  • уход сообществ от изначальной тематики в обще-развлекательную сторону.
  • стремление автора угодить публике.

О рекламе музыкальной продукции в сообществах.

  1. В связи с необозримым для пользователя количеством музыкального материала в интернете, появляются сообщества, которые могут служить ориентиром в определенной музыкальной области.
  2. Желая заинтересовать пользователей музыкальной продукцией, предлагаемой сообществом, его администраторы могут создавать обзоры на публикуемые альбомы и композиции.
  3. Использование в этих обзорах узких стилистических рамок, синестетических эпитетов, сравнений и параллелей может оказать влияние на восприятие рассматриваемой музыки.
  4. Оперируя расстановкой таких «ярлыков» на предлагаемые композиции и альбомы, администраторы сообществ могут заинтересовать слушателя любой музыкальной продукцией, независимо от ее качества.
  5. Поиск интересной музыки может превратиться в поиск интересных «ярлыков», под влиянием которых обозначенная музыкальная продукция будет доставлять удовольствие слушателю.

Примеры:

  • «В традициях современной русской минимал-волны, дебютный альбом с меланхоличными текстами томского ансамбля ‘Звезды’»
  • «Два кассетных альбома от портлендского психоделического проекта с первых нот погружают пытливого слушателя в своеобразный транс: импровизационная отрешённость, квази-ритуальный перкуссионный грув и фри-джазовые эксперименты высвобождают сексуальные вибрации, скрытое племенное сознание начинает раскачиваться в ритм триптаминовому ноу-вейву, дух свободомыслия пляшет под тропическое пост-панк камлание – мантроподобная краут-экзотика, исполненная авант-панками в пряной глуши влажной сельвы…»

Зависимость женских предпочтений от возраста.

Варианты «информации о себе» и «вопроса собеседнику» были выбраны из случайных анкет девушек в сервисе знакомств «Совпад» и отсортированы в соответствии с возрастом. Мнение о репрезентативности этой выборки можете выразить в комментариях к записи. Исходная орфография сохранена.

15 лет:

  • «ты любишь нефть?»
  • «что ты предпочитаешь больше спорт или учебу?»
  • «кого вы видели?»

17 лет:

  • «У отца Мэри есть 4 дочки: Чача, Чичи, Чече, Чочо. Как зовут 5 дочь?»
  • «Привет) как ты относишься к курению, алкоголю и нецензурной речи? Чем увлекаешься? как относишься к спорту а как к образованию? а главное, как к животным)))»
  • «рисую, фотографирую, люблю природу, я очень рада любому хорошему знакомству»

18 лет:

  • «как ты думаешь я симпотичная»
  • «какая девушка вам нужна? как вы выглядите? понравилась?встретимся когда либо?»
  • «Хотели бы вы близко близко приблизится ко мне , взглянуть нежно в мои глаза, и нежно нежно коснуться моих губ..??»

19 лет:

  • «Каких девушек любишь?»
  • «Ти мне купишь шоколадку?*»
  • «я милая скромная девочка. занимаюсь стриппластикой.»

20 лет:

  • «Люблю: дискотеки, красивых мальиков, себя, деньги и т.д. Не люблю: читать, смотреть сериалы, ходить на всякие кружки и всё в том же духе.это не для меня. Умею: танцевать Тектоник и приченять боль.»
  • «Ищу симатичного брюнета,физически развитого,для серьезных отношений!а то родители задолбали в заточении держать,как принцессу…»
  • «ПРОСТО КРОШКА»

21 год:

  • «как ты можешь меня заинтересовать?»
  • «смог бы ты отучить меня курить?»
  • «Настоящая, искренняя, солнечная. Разве нужно, что – то еще?»

22 года:

  • «Лучщее качество в девушке?»
  • «Многие пытались меня увлечь за собой, но у них ничего не получилось, не ты ли тот герой, которого я жду?»
  • «вот мы встретились. что будем делать?»

23 года:

  • «что ты желаешь со мной сделать?»
  • «как вы относитесь к красивымм девушкам?)»
  • «я понравилась Вам ??? почему?»

26 лет:

  • «Любите ли вы радовать девушек? И каким образом?»
  • «В дестве верила в принца на белом коне=)А сейчас верить?=)))»
  • «С чем бы Вы не стали мириться в поведении девушки?:)»

27 лет:

  • «В этом мире есть мужчины которые прощают все своей любимой?»
  • «Хотели бы Вы отдохнуть со мной на море?»
  • «как Вы относитесь к тому,что сходить со мной в кинотеатр на этих выходных?»

28 лет:

  • «Меня трудно найти….Легко потерять….И не возможно забыть!!!»
  • «КАК ВЫ ОТНОСИТЕСЬ К КРИТИКЕ В СВОЙ АДРЕС?»
  • «бывает ли дружба между мужчиной и женщиной???»

29 лет:

  • «Настоящий Мужчина это тот, который знает, что он хочет, и как он проживет следующий день. Такой мужчина воспринимается как цельный внутри.»
  • «Хочу большой и чистой любви!!!»
  • «на какие поступки Вы способны ради любимой?»

32 года:

  • «А знаешь милый! я королева… От королев не уходят налево… От королев ходят только вперед! Или на трон или на эшафот!!!»
  • «Что ищем )))))???»
  • «Твои планы на будущее?»

34 года:

  • «Отношение к ротвейлерам?»
  • «Как думаешь-КТО я по профессии?:)))))))»
  • «как вы относитесь к походам?»

45 лет:

  • «милая.доброя жизнерадостная короче всё хорошо.»
  • «Хороший человек и интересная женщина»
  • «вопросов нет»

О следовании правилам.

  1. Занимаясь какой-либо изначально основанной на правилах деятельностью, например – игрой в шахматы, человек может столкнуться с оппонентом, отрицающим эти правила.
  2. Оппонент может не признавать правила игры по причине их сложности, принимая сложность за следствие ошибочности.
  3. Оппонент может иметь собственные взгляды на «истинную» природу передвижения шахматных фигур, часто основанные на умозрительных заключениях: «Фигура коня должна скакать, фигура человека должна ходить, фигура башни – стоять, потому что так они ведут себя в реальной жизни».
  4. Таким образом, игра изначально называемая «шахматами», превращается в другую игру (часто – упрощенную версию оригинала), которая может просуществовать некоторое время в узком кругу любителей.
  5. Со временем, большая часть таких упрощенных игр может быть забыта, после понимания и переоценки правил оригинала, либо под влиянием более интересных модификаций.
  6. В худшем случае, излишне упрощенные игры могут наносить физический вред игрокам, в ходе чего численность последних сократится и игра также будет забыта.

Чат-родео для анонимного общения.

  1. Собирается группа игроков, выполняется вход в анонимный чат с незнакомцем. Засекается время.
  2. Задача игрока – как можно дольше продержать собеседника в чате. Разрешается врать, говорить собеседнику то, что тот желает услышать.
  3. Когда собеседник покидает чат – секундомер останавливается, игрок меняется на следующего.
  4. Побеждает игрок, набравший наибольшее личное время.

Гипотеза об ассоциативном коде в искусстве.

  1. Совместно или отдельно от своей технической и смысловой части произведение искусства может содержать в себе элементы синестетического (ассоциативного) характера.
  2. Автор, создавая произведение, может представлять себе определенные образы (такие как цвета, звуки, формы, запахи, материалы, вкус, температуру, различные ощущения и объекты) и интуитивно «кодировать» их в другую форму восприятия.
  3. Зритель, имеющий ассоциативные связи, подобные авторским, может «расшифровать» этот код обратно в чувственные образы и увидеть картину, по своей полноте приближенную к авторскому замыслу.
  4. Работая в соавторстве или в творческом коллективе, автор может выбирать себе напарников, имеющих ассоциативные связи, подобные собственным.
  5. Включение дополнительного «слоя» восприятия информации может упростить либо исказить «расшифровку» авторского кода: стихотворение (текст) -> песня (текст + музыка)-> концерт/видеоклип (текст + музыка + изображение); повесть -> аудиокнига -> кинофильм/видеоигра; картина -> экспозиция в галерее и т.д.

Следствия:

  • наиболее полное удовольствие от своего произведения получает сам автор.
  • несовпадение ассоциативных связей зрителя с авторскими может служить помехой для восприятия (непонимание и неприятие творчества, оценка его как слишком грубого или однообразного), либо создавать «расшифровкой» некоторую индивидуальную картину (возможно более интересную, чем авторский замысел).
  • владение большим числом ассоциативных связей потенциально позволяет «расшифровать» любые объекты, в т.ч. не являющиеся результатом сознательной творческой деятельности.
  • более простые (прямые) способы «кодирования ассоциаций» делают произведение доступным большему числу зрителей, но снижают интерес у искушенной публики.

Об эксплуатации образа «психопата» в сети.

  1. Предоставляя «информацию о себе», некоторые интернет-пользователи склонны описывать себя «психопатами», «маньяками», «безумцами», «мизантропами», «нигилистами» и прочими определениями, подчеркивающими личную непривлекательность в общении и девиантность.
  2. В некоторых случаях, для придания правдоподобия этому образу, публикуются записи, отличающиеся агрессией, нецензурной лексикой, категоричностью заявлений, высокомерием, описанием немотивированного насилия и подобным «шокирующим» или абсурдным контентом.
  3. Стремление привлечь к себе внимание подобными «геростратовскими» методами может быть вызвано желанием выглядеть оригинально, интересно и загадочно, без использования дополнительных интеллектуальных или творческих усилий.
  4. С этой целью образы, подобные «психопату», могут успешно применяться благодаря  своей универсальности: они способны подчеркнуть «гордое» одиночество пользователя, его «вынужденную» социальную неадаптированность и «способность» к безумным поступкам, его «неординарность» взглядов и «смелость» суждений и прочее.
  5. Таким образом пользователь, без лишних усилий, может романтизировать осуждаемые обществом особенности своего характера, причиной возникновения которых может быть обыкновенная лень, невежество и безответственность.

Опыт отказа от свободы воли.

Представленная точка зрения не претендует на истинность или объективность, я не считаю себя специалистом в рассматриваемой области и прошу относиться к описанным здесь наблюдениям и предположениям как к опыту обывателя.

Гипотеза свободы воли, в моем понимании, включала в себя как минимум два допущения об устройстве человека:

  1. Человек представляет собой нечто большее, чем детерминированный механизм «настроенный» генами и окружающей средой, т.е. обладает неким «теоретическим я» (например, душой), которое существует независимо от наследственности и окружения человека.
  2. Человек способен производить действия, не обусловленные прямой причинной связью со своим предыдущим опытом.

Насколько мне было известно, многие рационалисты считали свободу воли «иллюзией мышления» (мнения и эксперименты в пользу этого определения существовали в достаточном для меня количестве). Тем не менее, мне редко встречалась информация о людях, практикующих отказ от этой «иллюзии». В известных мне случаях, нецелесообразность такого отказа аргументировалась тремя путями:

  • «это невозможно, человек по своей природе не сможет жить без чувства свободы воли»,
  • «это бесполезно, после отказа от свободы воли в мышлении ничего не изменится»,
  • «это безнравственно, потому что снимает с человека ответственность за его поступки».

Я не мог принять эти возражения по следующим причинам:

  1. Аргумент «человек, как правило, воспитывается с верой в свободу воли, поэтому не имеет возможности от нее отказаться», был для меня не убедителен. Мне было известно достаточно примеров, демонстрирующих возможность рационального избавления от некоторых подобных убеждений: от веры в бога, в приметы, в мистические предсказания и прочее. Я не находил принципиальной разницы между этими иллюзиями и свободой воли – все они казались мне «умножением сущностей без необходимости», т.е. существование этих явлений было для меня рационально неотличимо от их фиктивности. Разница, как мне казалось, состояла лишь в направленности: «свобода воли» была иллюзией «внутреннего» характера, искажающая представление человека о самом себе, в то время как иллюзии, описанные выше, по моему мнению, относились к устройству «внешнего мира». Примером «внутренних» иллюзий, происходящих, на мой взгляд, от иллюзии свободы воли, могли служить: иллюзия самоконтроля – «я могу остановиться, когда захочу, но пока не хочу», иллюзия существования души – «после смерти тела моя душа продолжит свое существование, я не исчезну», иллюзия собственной непостижимости – «невозможно понять, почему мои предпочтения именно таковы» и прочие. Примеры отказа от каждой из этих иллюзий в отдельности были мне известны, поэтому избавление от всего их комплекта являлось, на мой взгляд, вполне осуществимой задачей.
  2. Аргумент «принятие или отказ от свободы воли никак не повлияет на поведение человека» представлялся мне поверхностным умозаключением: отказываясь от свободы воли, человек, как минимум, признавал бы наличие и необходимость причин для каждого своего действия и выбора. Таким образом, мне казался возможным сознательный отказ от поступков и предпочтений, не имеющих под собой обнаружимой каузальной основы – «мне просто захотелось это сделать», «не знаю почему, но этот вариант понравился мне больше», «я просто не люблю это». В то же время, регулярный поиск причин для своих действий, на мой взгляд, мог бы скорректировать личные пристрастия человека, что повлияло бы на его образ мышления и поведения. Таким образом, я не находил разницы между человеком, признающим необходимость предпосылок для всех своих сознательных действий и человеком, отрицающим идею свободы воли.
  3. Аргумент «человек, отказывающийся от свободы воли, будет вести себя безнравственно и импульсивно, будет стремиться к скорейшему удовлетворению любых своих желаний и не будет признавать наличия ответственности за свои поступки», как мне казалось, использовался в неверном контексте, т.к. речь шла скорее об отсутствии «силы воли» (в медицинском значении этого слова), чем о ее «свободе». В качестве примера я представлял себе человека, получившего внушение в состоянии гипноза: после пробуждения он стремился бы к исполнению полученного извне желания, но при этом действовал бы не выходя за рамки своего привычного образа жизни, стараясь не нарушать общественные законы и свои личные нормы поведения, т.е. проявлял бы волевые усилия в указанном направлении, не имея возможности его сменить. Ответственность за поступки, совершенные при отсутствии свободы воли, на мой взгляд, по-прежнему должна была признаваться человеком. В этом случае я рассматривал «ответственность» как возможность повторения определенного поступка конкретной личностью при подобных обстоятельствах, в связи с чем мне казалось разумным применять меры по поощрению или наказанию личности, «ответственной» за совершенное действие, для укрепления необходимой «обратной связи».

Таким образом, считая эти аргументы сомнительными и не желая интуитивно принимать указанные допущения о природе человека, я решил отказаться от идеи «свободы воли» и понаблюдать за своими дальнейшими впечатлениями.

Прежде всего, мои размышления (допускающие только классическую механику) имели примерно следующий характер:

  1. Допустим, что прямо сейчас и в любой другой момент времени состояние моего мозга, тела и всего доступного восприятию мира обусловлено действием закономерных процессов, исключающих неопределенность.
  2. Допустим, что мой персональный образ мышления и поведения (моя «личность») также является  продуктом внешних обстоятельств.
  3. Допустим, что часть моего мышления, способная «сознательно» наблюдать за действиями «личности» и дающая оценку ее поведению (условно обозначенная мной как «голос разума»), устроена таким же образом и не отличается свободомыслием.

По собственному опыту я знал, что рациональное принятие информации еще не гарантирует ее включения в «картину мировосприятия»; иными словами, размышляя, я все еще не воспринимал возможность отсутствия свободы воли всерьез, пока для меня это было лишь логически непротиворечивой гипотезой. Чтобы быстрее принять эту идею «на свой счет», я стал периодически напоминать себе: «свободы воли нет, что дальше?», и развивать появляющиеся по этому поводу мысли в логические цепочки, регулярно занимаясь этим в течении нескольких дней.

Вероятно, в определенный момент занятий количество необходимых умопостроений достигло критической отметки (так как глубиной мысли эти размышления, по моему мнению, не отличались) и я испытал интересное чувство, похожее на опьянение. Оно длилось примерно час, после чего кратковременно возвращалось в течении нескольких следующих дней. Это состояние, возникшее, вероятно, благодаря временному принятию необычной точки зрения, характеризовалось следующими признаками:

  • Привычная окружающая местность стала выглядеть интересно и привлекательно, подобное чувство можно испытать, например, выйдя на улицу после продолжительной болезни или получив увольнение во время военной службы.
  • Движения тела приобрели расслабленность, все непроизвольные жесты устранились по причине нецелесообразности, подобное состояние может возникнуть, например, после длительной физической работы.

Мыслительный процесс в это время сопровождался примерно следующими сомнительными умозаключениями:

  • Прямо сейчас и в любой другой момент жизни все мои желания закономерны.
  • Любая критика уже имеющихся желаний безосновательна.
  • Я могу найти причину возникновения некоторых своих желаний и предпочтений.
  • Если я не могу найти причин для желания или действия, то оно нецелесообразно.
  • Обнаружив доступные причины, я могу быстрее совершать выбор.
  • Все решения, принятые мной, были закономерны.
  • Я не должен испытывать стыда, гордости или разочарования за совершенные действия.
  • Все происходящие со мной события закономерны.
  • Любые переживания относительно будущего безосновательны.
  • …и т.д.

Приведенные мысли казались мне в тот момент очевидными и единственно возможными. Спустя некоторое время состояние «опьянения» стало исчезать. Я пытался вызвать его снова, но прием «свободы воли нет, что дальше?» вскоре перестал действовать. Возможно, мне мешал тот же механизм, который не позволяет смеяться над уже известной шуткой.

Тем не менее, я стал стремиться к этому состоянию, начал пересматривать свои взгляды в пользу детерминизма и производить наблюдения за своим поведением. По прошествии нескольких месяцев у меня сформировались следующие убеждения:

  • Судьба и фатализм. Существует мнение, что если жизненный путь детерминирован, то следует «положиться на судьбу» и спокойно переходить проезжую часть не смотря по сторонам. Однако, в таких случаях предполагается наличие у каждого человека некоторой «красивой драматической участи», что выглядит довольно сомнительно. С какой стати не зависимые напрямую жизненные события должны коррелировать с характером человека или его «предназначением»? Мне кажется что тот, кому «суждено быть повешенным», вполне способен утонуть. Кроме того, если внимательность и осторожность уже встроены в механизм выживания или т.н. «судьбы», то отказ от них выглядит нелогично.
  • Личное мнение. Я негативно относился к случаям присвоения людьми чужих мыслей, особенно без указания на источник. Однако, когда я стал описывать свои «субъективные мнения» по разным вопросам, то обнаружил, что многие из них незаметно повторяют взгляды из прочитанных мною ранее статей и книг. Таким образом, я часто приходил к уже известным мне, но «забытым» рассуждениям, считая их собственными выводами. Это, по всей видимости, касается и приведенных здесь мыслей. В результате я перестал расценивать собственное мнение как повод для гордости.
  • Бессознательные поступки. Иллюзия свободы воли не возникала у меня при совершении «автоматических» действий, например при чихании, во время привычных дел, таких как умывание или покупка продуктов, во время бессодержательного разговора и т.д. Она проявлялась только во время «сознательных» действий – когда «разум начинал отдавать приказы». В остальное время я мог наблюдать за собственными действиями, не прилагая к ним никаких мысленных и волевых усилий. В таком режиме написана и часть этой статьи. В результате я обнаружил, что практически все поступки могут совершаться моей личностью без участия «голоса разума», т.е. иллюзия свободы может возникать гораздо реже, чем мне казалось.
  • Сознательные поступки. Я заметил, что считаю свое поведение «сознательным», только когда в том или ином виде ставлю перед собой вопрос: «как я могу сделать это лучше?». При этом, как мне представлялось, в мышлении запускается некоторый процесс, корректирующий характер дальнейших автоматических действий. Таким образом, сознательное поведение, в моем понимании, являлось не более чем работой «механизма самоулучшения», такого же детерминированного, как и механизм «бессознательного поведения». В результате я понял, какую роль может играть мое самосознание и при каких условиях оно активируется во время «автоматического поведения».
  • Самонастройка личности. Мне стало интересно, каким образом сознательное поведение может влиять на мировосприятие личности. Возникло следующее предположение: если при бессознательном поведении я оперирую привычными шаблонами действий и «прочно усвоенной» информацией (т.е. уже включенной в мировоззрение и находящейся «на поверхности» памяти), то механизмы сознательного поведения при активации начинают разбивать и перестраивать эти шаблоны в соответствии с вновь полученной (или извлеченной из «глубокой» памяти) информацией. Таким образом, я осознал необходимость практики после любого теоретического обучения: полезная информация попадает в память, но не включается в мировосприятие, для ее принятия требуется самостоятельное решение задач (с помощью «сознательных поступков»). В результате я понял, почему прочитанные книги «с нужными ответами» приносили мне меньше пользы, чем книги «с нужными вопросами».
  • Принятие решений. Я представлял себе процесс мышления, работающий при решении задач, таким образом: сначала я узнаю условие и вопрос, затем, при необходимости определив подзадачи, начинаю искать в памяти или окружении дополнительные условия (формулы, закономерности, доступные ходы и прочее) и оценивать их применимость. Затем, при определенном наборе наборе этих сведений, ответ к подзадаче возникает и принимается автоматически, после чего происходит его подстановка и проверка. Я решил рассмотреть с этой позиции процесс принятия решений и заметил, что роль условий в нем могут играть предпосылки – личные причины для совершения или отказа от действия, в остальном эта процедура настолько же «автоматизирована». Таким образом я предположил, что принятие решений можно освободить от лишнего «морального напряжения». В результате я стал заменять сомнительные вопросы из разряда «чего я хочу?» или «как поступить правильно?» на вопрос «какие личные предпосылки к этому я имею?», после чего процесс сознательного выбора или принятия решений заметно упростился.
  • Свободные и вынужденные действия. При поиске предпосылок у меня иногда возникал вопрос: «является ли это моей личной причиной для действия, или эта причина навязана окружением?». Вспоминая об отсутствии души, я пришел к выводу: нет никакой разницы. Если моя личность обнаруживает в памяти определенный довод, например «потому что все так делают», то он должен считаться полноправной причиной для действий, являясь частью имеющегося мировоззрения. Однако, изучая когнитивные искажения в работе своего мышления и памяти, я мог исключать из поиска причин варианты, казавшиеся мне нерациональными. Таким образом, рациональный фильтр позволял избавляться от предпосылок «просто нравится», «просто не хочется», «кажется лучше», «считается правильным» и прочих, по причине их несущественности. В результате, спрашивая себя «почему нравится?», «почему не хочется?», «почему кажется лучше?», «кем считается и почему?» я обнаружил ряд свойств и качеств, которым моя личность отдает предпочтение, часто не отражая этого в сознании.
  • Самоопределение личности. Меня долгое время смущала сентенция о необходимости «быть самим собой», подразумевающая, что человек должен: «следовать за своей мечтой», «слушать голос своего сердца», «жить в гармонии с собой», «не обращать внимания на мнение окружающих» и прочее. Вероятно, здесь допускалась возможность отказа от «навязанного» поведения в пользу «естественного, настоящего», что представлялось мне сомнительной идеей. В моем понимании, если человек и проявлял лицемерие, то представлял при этом такую же полноправную часть собственной личности, как и при любых других обстоятельствах. Если собеседник был способен лицемерно создать у меня некоторый образ, то в моем восприятии он был неотличим от «настоящего». Предположение о том, что «можно быть кем-то, кроме себя», возвращало меня к допущениям о существовании «настоящей души» и о ее возможности «надевать чужие маски». В связи с этим, так называемая «настоящая» манера поведения мне представлялась лишь как «привычная с чьей-либо точки зрения». В результате я решил, что любое свое поведение могу считать «естественным», хотя сомневаюсь, что его вообще стоит классифицировать.
  • Качества личности. Наблюдая за интуитивными предпочтениями своей личности, я искал в памяти причины их возникновения, задаваясь вопросом: «почему именно такой цвет (форма, вкус, запах…) вызывает у меня симпатию?». Не могу назвать такие поиски высокопродуктивными, однако для некоторых предпочтительных свойств я обнаружил вероятные прообразы из прошлого, в том числе из детских воспоминаний. Возможно, что-то понравилось мне в детстве, и расположение к подобному сохранилось до сих пор. Такие умозаключения можно частично расценивать как «рационализацию», т.е. поиск причин своей деятельности постфактум, имеющий слабое отношение к действительности и использующийся зачастую для самооправдания, поэтому я рассматривал эти находки только как «возможные причины». Тем не менее, сознательный процесс  этого поиска позволил мне пересмотреть свои «автоматические» предпочтения и скорректировать часть из них.
  • Развитие личности. В прошлом я считал, что саморазвитие тесно связано с применением «силы воли» – при этом «голос разума» должен постоянно давить на мировоззрение личности («тебе это нужно, терпи»), заставляя себя совершать необходимые действия или усваивать необходимую информацию. Отказавшись от идеи свободы воли, я обнаружил, что без лишних усилий способен стимулировать свою личность к выполнению любых желаемых заданий – при этом требовалось лишь создать субъективно благоприятные условия для такой деятельности. По моим наблюдениям, на это уходило гораздо меньше сил, чем на ежедневное «преодоление себя». Трудность заключалась лишь в определении этих «условий труда», в моем случае сработали следующие: «если бы у меня не было другого выбора», «если бы это было самой приятной или интересной деятельностью из доступных», «если бы я мог не обращать на это внимания». Таким образом, мне легко удалось найти в себе возможность заниматься тем, что раньше вызывало сопротивление.
  • Воспоминания и ожидания. Чтобы понять, почему некоторые события запоминаются лучше остальных, я стал кратко записывать свои наиболее яркие воспоминания и искать в них закономерности. Многие символические события, церемонии и торжества, совершаемые, чтобы стать «памятными», оказались забытыми. С другой стороны, многие незначительные моменты, впечатления и детали вспоминались легко и с удовольствием. Часто они были связаны с наблюдением неброской красоты в повседневной жизни, случайной удачей, исполнением «необычной роли» – событиями, на которые не возлагалось особенных надежд. В результате я изменил свое отношение к торжествам, ритуалам и ежегодным церемониям, предпочтя им более спонтанное времяпровождение.
  • Удача и красота. Время от времени со мной происходили события, наводящие на размышления о «помощи свыше». Трудно поверить, что некоторые явления происходят без вмешательства судьбы или бога: начиная от совпадений и удачи, заканчивая происшествиями «еще бы немного – и всё». Я предположил, что такие события производят впечатление не из-за своей объективной исключительности, а благодаря устройству моего мышления, памяти и внимания. То, что я считал удивительной удачей, при размышлении оказывалось не выходящим за рамки допустимой вероятности; то, что казалось мне удивительной красотой, могло оцениваться так только благодаря моим сложившимся предпочтениям и точке отсчета, часто искаженной самим фактом «красивого» события. В результате я продолжал испытывать радость от совпадений и проявлений красоты, но перестал рассматривать их объективную ценность и исключительность.

Нетрудно представить характер подобных умозаключений и для множества других вопросов.

Является ли такая модель мышления единственно верной? Предполагаю, что нет. Мне она кажется приемлемой лишь потому, что соответствует моим уже сложившимся интеллектуальным и нравственным запросам.

Какую пользу приносит такое мировоззрение? Мне оно помогло обнаружить и исправить ряд противоречий в своих взглядах, избавиться от ряда ненужных переживаний, скорректировать образ жизни опираясь на фактические предпочтения и запросы, ранее во многом основанный на их идеализированной форме. Уверен, что большинство людей делают все это и без помощи детерминизма, однако в моем случае такое мировоззрение оказалось наиболее эффективным.

Есть ли фактические результаты от этих исканий, чего конкретно я добился отказавшись от свободы воли? Думаю, никакие описания свершений не будут являться достаточным аргументом в пользу того или иного мировоззрения – такой же результат может быть достигнут и с противоположными взглядами и убеждениями, и при их отсутствии. Кроме того, оценить достижения человека, не имея представлений о его личности и предыдущих успехах вряд ли возможно. Субъективно я вижу результаты и стараюсь их фиксировать для дальнейшего анализа, однако для полного сравнения периодов «до» и «после» требуется более глубокая, чем в несколько месяцев, перспектива.

Можно ли рекомендовать практику отказа от свободы воли всем желающим? Думаю, нет. Размышления на эту тему могут быть интересны многим, однако не каждый сможет найти в них какой-либо смысл и практическую пользу. Если у вас есть склонности к рациональному мышлению и скептическому самоанализу – то попробуйте, вам понравится.


Опыт использования музыкальной аптечки.

Однажды в каком-то издании я прочитал о возможностях звукотерапии и решил проверить на себе ее действие. Как известно, прослушивание музыки может оказывать влияние на настроение и ход мыслей человека, поэтому идея создать «терапевтические» музыкальные подборки пришла на ум в первую очередь. Я сделал следующее:

  1. Создал несколько папок с определенными «состояниями», к которым должна приводить музыка. Например: «желание отправиться в дорогу», «равнодушие к проблемам», «мотивация к работе», «эмоциональный подъем», «умственный отдых» и прочие.
  2. Отобрал композиции для каждой папки, в соответствии с вызываемыми ими ощущениями. Я придерживался песен, которые действуют на физиологическом уровне, не зависимо от того, нравятся они мне или нет. Это был не сборник приятных песен «по настроению», а сборник, который сам пробуждает то или иное настроение.
  3. Сократил до минимума прослушивание любой музыки, стал больше времени проводить в тишине. Насколько мне известно, субъективная ценность информации зависит от ее редкости, поэтому я не хотел, чтобы композиции из «аптечки» стали каплей в музыкальном море.
  4. При необходимости переключить себя в одно из доступных «состояний» я открывал соответствущую папку в проигрывателе и перебирал в ней песни до тех пор, пока не находил «срабатывающую». Оказалось, что в разное время «срабатывают» разные песни, поэтому целесообразно иметь именно их подборку, а не просто одну композицию для каждого состояния.

Как это работает и какая от всего этого польза? Мне кажется, что здесь используется принцип «влияния формулировки»: одну и ту же информацию человек может воспринимать по-разному, в зависимости от способа ее преподнесения. Например, фразы «сегодня ты работаешь до полуночи, потому что так нужно» и «сегодня ты работаешь до полуночи, потому что ты лучший специалист в этом деле и единственная надежда компании» могут вызывать противоположные эмоции, хотя служат для сообщения одного и того же. Как мне кажется, эту особенность мышления способны использовать не только «злобные психологические манипуляторы» и продавцы автомобилей, но и сами люди, склонные поддаваться подобному внушению. Возможно, при прослушивании определенной композиции, контекст полученной информации меняется в положительную сторону и формулировка превращается в субъективно подходящую. Я пробовал использовать «музыкальную аптечку» и в качестве плацебо от боли, в чем также добился некоторых результатов.

Несколько лет назад я заметил связь между курением и прослушиванием музыки: и то и другое способно изменить эмоциональное состояние и направление мыслей, однако курение работает только в одном направлении, в то время как музыкальных переключателей можно создать несколько штук. Предполагаю, что многие люди так или иначе пользовались «музыкальным самоуправлением», возможно не отдавая себе в этом отчета. Надеюсь, описанный опыт поможет кому-нибудь использовать это самоуправление сознательно.

Advertisements